Восприятие Праздника у меня однозначное – это День Победы. А вот отношение к мероприятиям двойственное. С одной стороны, действительно радостно сознавать, что преодолели такую грозную силу. С другой, эти шумные «пляски», парады и фейерверки на костях и на могилах миллионов погибших напоминают кощунственный шабаш и вызывают подозрение в искренности намерений организаторов этих мероприятий. Я думаю, чем дальше от 9 мая 1945 года, тем больнее будет память о десятках миллионов молодых парней и мужиков, о страданиях вдов и сирот…. Это чувство непоправимой утраты перехлестнёт официальную парадность. Патриотизм такими мероприятиями можно взвинтить на время, но не этим нужно воспитывать патриотов. Не знаю, получится ли у меня кратко изложить свои соображения по этому поводу. Попробую. Крестьянский род семьи Рыбаковых, схему древа которого я составлял («История одного рода», С-Пб,2007), занимала площадь более 1000 кв. км только в нашем районе (я их обошел за год работы над сборником). На этой территории жили и другие крестьянские семьи. То есть вся Россия была опутана сетью родственных крестьянских общин, надежно и прочно сидящих на земле. Не буду уточнять вдохновителей, организаторов и исполнителей чудовищной акции уничтожения крестьянства и семьи как производительной ячейки общества, но беда двадцатого века в том и состоит, что была уничтожена эта прочная паутина родственных связей. И теперь можно сказать, что население в России есть, а народа русского нет (в армии у нас служили татары, удмурты, башкиры, марийцы, чуваши, казахи, русские, украинцы, белорусы, а мадьяры, когда мы шли строем по Хаймашкеру, говорили: русские идут – так что у меня нет и намёка на национализм, шовинизм). Вот так у меня в предыдущей заметке и породнились панихида с экономикой. Россия слаба не умами или военной техникой, а тем, что нам воевать не за что. Да и некем. Кавказ, Восток и Азия сильны кланами – они знают, за что воюют, их нам не победить. Уничтожить можно, а покорить – нет.